Борис Акунин. Турецкий гамбит -
12 >
представляете ни малейшего интереса, а вот от вашего жениха хозяину
непременно б-была бы награда.
- Я уж лучше с вами, - взмолилась Варя. - Ну пожалуйста!
- У меня одна кляча, причем полудохлая. На такую вдвоем не сядешь.
Д-денег три куруша. За вино и сыр расплатиться хватит, но не более... Нужна
еще лошадь или хотя бы осел. А это по меньшей мере сотня.
Варин новый знакомый замолчал и, что-то прикидывая, оглянулся на
игроков в кости. Снова тяжко вздохнул.
- Посидите тут. Я сейчас.
Он медленно подошел к играющим, минут пять стоял возле стола, наблюдая.
Потом сказал что-то такое (Варя не слышала), от чего все разом перестали
кидать кости и обернулись к нему. Фандорин показал на Варю, и она заерзала
на скамье под устремленными на нее взглядами. Потом грянул дружный хохот -
явно скабрезный и для Вари оскорбительный, но Фандорин и не подумал
заступиться за честь дамы. Вместо этого он пожал руку какому-то усатому
толстяку и уселся на скамью. Прочие дали ему место, а вокруг стола сразу же
собралась кучка любопытствующих.
Итак, волонтер, кажется, затеял игру. Но на какие деньги? На три
куруша? Долго же ему придется играть, чтобы выиграть лошадь. Варя
забеспокоилась, сообразив, что доверилась человеку, которого совсем не
знает. Выглядит странно, странно говорит, странно поступает... С другой
стороны, разве у нее есть выбор?
В толпе зевак зашумели - это кинул кости толстяк. Потом рассыпчато
застучало еще раз, и стены дрогнули от дружного вопля.
- Д-дванадесет, - спокойно объявил Фандорин и встал. - Где магарето?
Толстяк тоже вскочил, схватил волонтера за рукав и быстро заговорил
что-то, отчаянно пуча глаза.
Он все повторял:
- Оште ветнаж, оште ветнаж!
Фандорин выслушал и решительно кивнул, но проигравшего его
покладистость почему-то не устроила. Он заорал громче прежнего, замахал
руками. Фандорин снова кивнул, еще решительней, и тут Варя вспомнила про