Борис Акунин. Пелагия и черный монах -
82 >
племянника, а сам отлично все понял!
Феликс Станиславович добродушно усмехнулся и развел руками, как бы
отдавая должное проницательности собеседника. Нужно было снова менять
тактику.
- М-да, господин Коровин. Вас на мякине не проведешь. Вы совершенно
правы. Я не конторщик Червяков. Я заволжский полицмейстер Лагранж. Как вы
понимаете, человек моего положения пустяками заниматься не станет. Я прибыл
сюда по чрезвычайно важному делу, хоть и в неофициальном качестве. Дело это
связано...
- С неким монахом, запросто разгуливающим по водам и пугающим по ночам
глупых обывателей, - подхватил ушлый доктор, выпуская колечко дыма. - Чем
же, позвольте осведомиться, сей фантом заинтересовал ваше везденоссующее, то
есть я хотел сказать вездесущее ведомство? Уж не усмотрели ли вы в святом
Василиске пресловутый призрак, которым стращают эксплуататоров господа
марксисты?
Лагранж побагровел, готовый поставить зарвавшегося лекаришку на место,
но здесь приключилось одно странное обстоятельство.
День нынче, в отличие от вчерашнего, выдался солнечным и необычайно
теплым, вследствие чего окна кабинета были раскрыты. Погода стояла
сладчайшая. Ни облачка, ни ветерка, сплошь золото листвы и переливчатое
дрожание воздуха. Однако же распахнутая створка жалюзи вдруг качнулась -
совсем чуть-чуть, но от профессионального взора полицмейстера эта аномалия
не ускользнула. Так-так, намотал себе на ус Феликс Станиславович. Поглядим,
что будет дальше.
Присматривая краешком глаза за интересной створкой, он понизил голос:
- Нет, Донат Саввич, на призрак коммунизма Черный Монах нисколько не
похож. Однако же имеют место разброд и шатание среди обывателей, а это уже
по нашей части.
- Стало быть, Ленточкин - полицейский филер? - Коровин удивленно
покачал головой. - Ни за что не подумаешь. Видно, способный малый, далеко
пошел бы. Но теперь, увы, навряд ли. Жалко мальчишку, он очень-очень плох. А
хуже всего то, что я не могу сыскать ни одного хоть сколько-то сходного