Борис Акунин. Пелагия и черный монах -
59 >
и у каких непотребных девиц побывал, получит отпущение грехов, щелкнет
шпорами, поворот кругом и марш-марш. Он из той редкой породы людей, которым
вера совершенно ни к чему. Впрочем, - улыбнулся Митрофаний, - полковник,
верно, очень оскорбился бы, если б кто назвал его материалистом - пожалуй, и
в морду бы дал. А служака он исполнительный, свое полицейское дело знает и
храбрец, каких мало. Завтра вызову его, попрошу съездить - не откажет.
Так владыка и поступил: вызвал, проинструктировал, и полицмейстеру,
конечно, в голову не пришло упрямиться - он принял пожелание преосвященного
беспрекословно, как принял бы приказ от губернатора или директора
полицейского департамента. Пообещал прямо с утра, передав дела помощнику,
отправиться в путь.
Но прежде того, вечером, особый нарочный доставил из Нового Арарата
новое письмо, которое совершенно потрясло владыку, Бердичевского и Пелагию,
хотя в то же время многое и разъяснило.
Да, впрочем, что пересказывать своими словами, только путать. Вот он,
этот документ. Как говорится, комментарии излишни.
Ваше преосвященство,
Не уверен, что Вы именно тот, кому следует адресовать это письмо, но ни
местожительство, ни родственные обстоятельства молодого человека,
остановившегося в ново-араратской гостинице "Ноев ковчег" под именем Алексея
Степановича Ленточкина, никому здесь не известны. В нумере, который он
занимал, на столе обнаружен конверт с надписью "Преосвященному о.
Митрофанию, Архиерейское подворье, Заволжск" и рядом чистый листок бумаги,
как если бы Ленточкин намеревался написать Вам письмо, но не успел.
Потому-то я и обращаюсь к Вам, владыко, в надежде, что Вы знаете этого
юношу, сумеете известить родственников о приключившемся с ним несчастье и
сообщите мне любые подробности о его предшествующей жизни, так как это очень
важно для выбора правильной методы лечения.
Г-н Ленточкин (если это его настоящее имя) страдает острейшей формой
