93 >

Даже не заметил, как с головы слетел мокрый котелок.
     - Стой! - кричу. - Стой!
     Над крышей мне было видно круглую шляпу кучера, да взлетающий кнут.
     Никогда в жизни я так не бегал, даже и в бытность дворцовым скороходом.
     Конечно, нипочем бы мне не догнать  четверку  лошадей,  если  б  улочка
вдруг не стала заворачивать круто вбок. Карета немного замедлила ход, слегка
качнувшись на сторону. Я в несколько огромных скачков  сократил  расстояние,
прыгнул и уцепился обеими руками за багажную скобу. Подтянулся и совсем  уже
было влез на запятки, но  тут  возница,  не  оборачиваясь,  вымахнул  кнутом
назад, поверх крыши, ожег меня по темени, и я сорвался. Упал лицом  в  лужу,
да еще прокатился по ней, подняв целый фонтан брызг. Приподнялся  на  руках,
но карета уже сворачивала за угол.
     А  когда,  хромая  и  вытирая  рукавом  испачканное  лицо,  вернулся  к
двуколке, чемодана с деньгами там уже не было.

     9 мая

     Торжественный  кортеж  уже  миновал  Триумфальные  ворота,   когда   я,
запыхающийся  и  обливающийся  потом,  выскочил  из  наемного   экипажа   и,
бесцеремонно орудуя локтями,  стал  пробиваться  сквозь  густую  толпу,  что
облепила Большую Тверскую-Ямскую с обеих сторон.
     Вдоль мостовой шпалерами стояли  войска,  и  я  протиснулся  поближе  к
офицеру, пытаясь вытянуть из кармана  узорчатый  картонный  талон  на  право
участия в шествии - дело это оказалось весьма непростое, ибо  из-за  тесноты
распрямить локоть никак не удавалось. Я понял, что  придется  выждать,  пока
мимо проследует государь, а потом проскользнуть в хвост колонны.
     В небе сияло праздничное, лучезарное солнце -  впервые  после  стольких
пасмурных дней; воздух полнился накатами благовеста и криками "ура!".
     Император совершал церемониальный въезд в древнюю столицу, следовал  из
загородного Петровского дворца в Кремль.
     Впереди на огромных  жеребцах  ехали  двенадцать  конных  жандармов,  и
какой-то насмешливый голос за моей спиной довольно громко сказал:

Следующая

93 >