Борис Акунин. Коронация, или Последний из романов -
55 >
катастрофу национального, а то и международного размаха. Именно это ныне и
п-произошло...
Он снова замолчал.
- Садитесь, Эраст Петрович, - пригласил Кирилл Александрович, и я
понял, что речь Фандорина, очевидно, произвела на его высочество
благоприятное впечатление - отставного статского советника уже не
допрашивали, с ним беседовали. - Расскажите, как вы охотились на доктора
Линда.
- Сначала я п-перевернул вверх дном весь Нью-Йорк, но лишь вынудил
доктора перенести свою ставку из Нового Света в Старый. Не стану утомлять
ваше величество и ваши высочества описанием своих поисков, но полгода спустя
мне удалось выйти на логово Линда в Лондоне. И я увидел доктора во второй
раз - вернее, лишь его тень, убегавшую от преследователей по т-тун-нелю
лондонского метрополитена и отстреливавшуюся с поразительной меткостью.
Доктор двумя выстрелами уложил наповал двух констеблей из Скотланд-Ярда, а
третьей пулей чуть не отправил на тот свет меня. - Фандорин приподнял прядь
черных волос со лба, и стало видно шрам, прочертивший узкую белую полоску на
его виске. - Ерунда, скользнуло по касательной, но я на минуту лишился
сознания, и за это время Линд оторвался от погони... Я шел за ним по пятам
из страны в страну, и все время чуть-чуть опаздывал. А в Риме - это было без
малого полгода назад, доктор как в воду канул. Лишь две недели тому я узнал
из одного верного источника, что знаменитый варшавский бандит Близка
похвастался в тесной компании, будто сам доктор Линд приглашает его в Москву
для какого-то очень крупного дела. Будучи российским подданным, Пендерецкий
хорошо знал преступный мир Москвы - и хитровский, и Сухаревский. Должно
быть, именно в этом качестве он и п-понадобился Линду, никогда раньше в
России не действовавшему. Я все ломал себе голову, чем это доктора привлекла
патриархальная Москва. Теперь-то ясно...
- Исключено, совершенно исключено! - сердито произнес Симеон
