Борис Акунин. Коронация, или Последний из романов -
20 >
собой свою очередную пассию - в конце концов мистер Карр выглядел как
человек из общества - причина моего расстройства объяснялась проще: куда
поместить еще одного гостя? Даже если они будут ночевать в одной комнате,
все равно из соблюдения приличий придется выделить второму англичанину
отдельную спальню. Я немного подумал, и сразу нашлось решение: московских
слуг, за исключением Сомова, переселить на чердак, что над конюшней. За счет
этого освободятся две комнаты, одну отдам англичанину, а другую
великокняжескому повару мэтру Дювалю, а то он разобижен.
- Где господин Смайли? - спросил я лорда Бэнвилла по-французски про его
дворецкого, поскольку нужно было дать ему необходимые пояснения.
Как и большинство воспитанников дворцового ведомства, я с детства
обучен французскому и немецкому, но не английскому. Это в последние годы
двор заметно энглизировался, и мне все чаще приходится жалеть о недостатке
своего образования, а в прежние времена английский считался языком
неизысканным и для нашей службы необязательным.
- Он уволился, - ответил милорд по-французски же и неопределенно махнул
рукой. - А мой новый дворецкий Фрейби там, в карете. Читает книгу.
Я подошел к экипажу. Слуги споро разгружали багаж, а на бархатном
сиденье, закинув ногу на ногу, сидел полнолицый господин очень важного вида.
Он был лыс, густобров, с аккуратно подстриженной бородкой - одним словом,
никак не напоминал английского дворецкого, да и вообще дворецкого. Через
открытую дверцу я разглядел, что мистер Фрейби держит в руках пухлый том с
золотыми буквами на обложке: Trollope. Что означает это английское слово,
мне было неизвестно.
- Soyez le bienvenu! (Добро пожаловать! (фр.)) - приветствовал я его с
учтивым поклоном.
Он молча посмотрел на меня сквозь золотые очки спокойными голубыми
глазами и ничего не ответил. Стало ясно, что французского мистер Фрейби не
знает.
- Herzlich willcommen! (Добро пожаловать! (нем.)), - перешел я на