Сергей Алексеев. Пришельцы -
48 >
таился в кустах либо призрачной тенью двигался вдоль берега. Поспелов
достал сигареты и решил прервать эту игру.
- Ладно, хватит прятаться! - сказал громко. - Иди покурим!
За спиной ни звука, но взгляд будто стал еще пронзительнее и острее,
как если бы человек прицеливался и смотрел сейчас через прорезь.
Непроизвольный легкий холодок пробежал междулопаток, и глаз сам по себе
избрал направление, куда безопаснее всего сделать прыжок, чтобы не
сорваться со скользких камней в воду.
Георгий медленно прикурил, растянул сигарету и обернулся...
На обрыве, метрах в восьми, стояла свинья, высокая на ногах, с
громадной головой, висячими ушами и плоская, как камбала. Взгляд был
внимательный, человеческий, пытливый... Поспелов сделал два шага в гору, и
тут эта скотина внезапно завизжала, да так, что захолодела душа. Будто
резали ее! Тем более, усиленный звучным эхом, визг этот показался
громогласным.
- Понял, ты - ведьма! - сказал он. - Гоголевская героиня. Я тебя
узнал, и потому смойся с глаз. Исчезни, нечисть! Иначе схожу за ружьем и
пущу на шашлык. Или перекрещу тебя и улетишь отсюда к чертовой матери.
Кажется, человеческий голос ее успокаивал или завораживал. Свинья
перестала кричать, негромко захрюкала и потрусила, однако же, следом за
Георгием. Долина между сопок, что, собственно, и называлось Урочищем,
после захода солнца быстро заволакивалась сумраком, словно темной водой, и
пока Георгий шел к светящимся окнам дома, свинья пропала из виду и
слышался лишь ее мелкий, торопливый топот.
Он оставил калитку открытой и пошел через черный ход, выводящий сразу
на кухню.
Татьяна готовила ужин под финскую речь, доносящуюся из динамиков
магнитофона.
- Жена, иди принимай скотину! -,засмеялся Поспелов. - Определяй на
место. А я посмотрю, какая ты хозяйка, какая фермерша.
Она вопросительно посмотрела, убавила звук, подбоченилась.
- Где тебя носит? Где носит-то? Рыбак!.. Только бы удочку в руки и из