Сергей Алексеев. Пришельцы -
45 >
женщины - от бывшей жены.
- От восторга и разошелся?
- Тяжелый случай...
- Ладно, твои заморочки, - проворчал Заремба. - С Татьяной найди
общий язык... Ну нет другой в "женском батальоне"! Чтоб с тобой на ферме
смогла жить. Кроме нее, конечно... И предупреждаю: чтоб без всяких там
драм и трагедий.
- Это вы о чем, товарищ полковник? - насторожился Георгий.
- Да все о том же! Ты в семейных парах не работал и не знаешь...
Когда живешь неделю - ничего, в удовольствие. А месяц-два - вот тут и
начинается. Природа-то берет свое, обычно "жены" влюбляются, голову
теряют. И плевать им на операцию, на службу. Конфликты, рапорта на
увольнение... Вплоть до самоубийства. Ты мужик, береги ее, держи в руках и
повода не давай. Конечно, это бесчеловечно... Но мой тебе совет: постоянно
ворчи на нее, нуди, брюзжи. Женщины в нудных не влюбляются. Впрочем, и это
не панацея. Они же в этом "батальоне" после трех лет службы спят и видят
себя настоящими женами и матерями. У них для любви душа всегда нараспашку.
Георгий слушал его и почему-то примерял все не на товарища по службе,
а на бывшую свою жену, некогда купавшуюся во всеобщей любви и теперь
обделенную...
Бывший хозяин Горячего Урочища выстроил дом по финскому проекту, с
претензией на полную автономность и отчасти - европейскую культуру. Но
русский характер проявился и тут: английский камин оказался удачно
спаренным с русской печью, средневековая кладка из дикого камня первого
этажа соседствовала с деревенскими лавками, и вдобавок ко всему скотный
двор был прирублен непосредственно к самому дому, как будто к крестьянской
избе.
Полковник Заремба не обманул: место действительно напоминало уголок
Швейцарии.
Сосны, взбегающие уступами к вершинам сопок, живописное поле на
склоне, где когда-то стояла деревня, голубое озеро, над которым дом
несколько даже нависал, одна стена поднималась непосредственно из воды, -
и тихо шумящая на перекатах речка с широкими плесами. Но жить здесь