Сергей Алексеев. Пришельцы -
34 >
возможность поговорить, поспорить, наконец, поругаться - и то польза. На
ночь глядя Георгий собрался и поехал к ней, по дороге вообразив, что тоска
эта не что иное, как начало прощания. Прощальная тоска перед дорогой по
всему, что окружало до сего дня, что было привычным и незаменимым. Вместо
нового адреса, по которому теперь жила Нина, Поспелов почему-то оказался
возле старого сврего дома, куда вселились совсем чужие люди. Задумался,
поддался чувствам и механически приехал к обжитому месту.
Что-то раньше не замечалось подобных отключек! Георгий взял себя в
руки и, развернувшись, уж совсем поздно приехал-таки к бывшей жене, чем
вызвал ее неподдельное изумление.
- Что-нибудьзабыл? - встретила она. - Что-нибудь случилось?
- Попрощаться заехал, - признался Поспелов. - Уезжаю в длительную
командировку.
- А, - равнодушно бросила Нина, запахиваясь в ночной коротенький
халатик. - Ну, прощай!
- Прощай!
- Это очень нежно с твоей стороны. И романтично: полуночное прощание,
- с каменным лицом она приподнялась на цыпочки и чмокнула его в каменный
лоб, как покойника. - Ну все, прощай!
И опахнула его теплом, знакомым и - что за дикость после развода! -
желанным запахом тела, уже разогретого, разнеженного в постели. Помимо
воли Георгий подхватил ее под локоть, потянул к себе, но Нина возмущенно
высвободилась.
- Что такое, Жора? Георгий Петрович?..
- Чаем бы напоила, - сладко немеющими губами, с кривой улыбкой
вымолвил он.
- Чаем - пожалуйста, - Нина что-то заметила. - Ты не пьян?
- Слегка, - соврал он. - На улице прекрасная весенняя ночь, воздух
под градусом...
Она шагнула к кухонной двери, и в полутемном коридорчике он увидел ее
красивые, оттренированные на корте икры ног, привыкших к высокому каблуку.
И этого хватило, чтобы вообще бросить поводья. Георгий подхватил ее на
руки и понес в комнату: с корабля на бал, от порога и в бой. Так бывало у
них в давние времена теперь уже утраченной счастливой жизни, когда