Сергей Алексеев. Пришельцы -
16 >
"комарику" Тимоху. - Теперь-то что-нибудь видишь?
- Да пусто кругом, на что смотретьто? - недовольно отозвался тот.
- Пусто? Сейчас задницу поджаришь! Развернись на север!
- Развернулся, и что?
- Огонь видишь?
- Ну и шуточки у тебя, шеф! Кончай травить! При на базу и гони
вертушку! - разозлился Тимоха. - Что в самом деле-то?..
- Смотри лучше-то! Глаза разуй! - закричал Дитятев.
- Я смотрю, на какую бы сосну повеситься, - невозмутимо отозвался
парашютист. - Внизу курумник - ноги сломаешь. Мне твои дрючки слушать
некогда, привет!
- Чего он, ослеп?! - возмутился летнаб.
- Шеф, связи с базой нет, - вместо ответа сказал пилот Леша. - По
всем каналам жуткие помехи.
- Как всегда, не понос, так золотуха! - ругнулся Дитятев. - Ложись на
боевой, я пошел выпускать группу.
Деревья на опушке полыхали ярко, со странным белым дымом: похоже,
горела какая-то химия. Тимоха на миг скрылся в облаке вместе с куполом и,
когда вновь открылся взору, то уже висел на высокой, разлапистой сосне,
накрыв парашютом половину кроны. Причем рядом с горящими деревьями!
- Он что? Крыша поехала? - тыча пальцем в иллюминатор, прокричал
Лобан. - Сожжет купол!
Иногда от лени, чтобы не ползать по каменистой тайге с грузом,
десантура норовила приземлиться поближе к очагу. Тимоха же вконец
обнаглел! И в самом деле, от излучения парашют мог вспыхнуть в любой
момент. Или сплавиться, скомкавшись и расползаясь дырами. При нынешней
бедности на счету был каждый купол, со складов подопревшее старье
вытаскивали...
Самолет шел уже по боевому курсу, в салоне вспыхнул световой сигнал,
включенный по расчетному времени, и десантура столпилась у открытой двери,
тяжелая, толстая от снаряжения, неповоротливая. Первыми прыгнули молодые
Шура с Игорьком, за ними молодожен Паша и тяжелый Азарий - машина сразу
подпрыгнула вверх на несколько метров. Последним сиганул Лобан.
Летнаб затворил дверь. Со следующего захода следовало выбросить