Аркадий Григорьевич Адамов. Петля -
99 >
Почему-то именно ее назвал тот парень.
Из двух затянутых занавесками окон до нас доносится лихой перебор
гитары и нестройный, азартный хор голосов. Знатная, однако, там гулянка.
Возможно, что Федька ею и соблазнился.
Недалеко от крыльца мы с Гришей останавливаемся, прячемся за угол
ближайшего сарайчика и совещаемся, как поступить дальше.
- Заходить туда не очень-то с руки, - озабоченно говорит Гриша.
- Посмотрим, кто откроет, - предлагаю я. - И вызовем Федьку на крыльцо.
Ты давай спрячься. Я один. А то двое всегда настораживают.
- Ну, правильно, - соглашается Гриша. - Только вызову я. А то ты по
силуэту опасней выглядишь.
Я соглашаюсь, усмехаясь про себя Гришиному витиеватому выражению. Но в
принципе он прав. Такая каланча, как я, может вызвать опасение, а Гриша
невысокий, щуплый, его можно не опасаться.
Итак, я остаюсь за углом сарая, а Гриша поднимается на крыльцо и не
сильно стучит, скромно, деликатно, словно заранее извиняясь за беспокойство.
Раз стучит, потом, переждав, стучит снова, все так же деликатно. После
второго стука за дверью слышится возня, и немолодой женский голос сердито
спрашивает:
- Ну, кто там? Кого еще принесло?
- Мне Полину, пожалуйста, - вежливо говорит Гриша.
Почему Полину? Надо же вызывать Федора! Значит, Гриша решил сделать это
через Полину? Решил, наверное, что за дверью соседка, которая может не знать
всех гостей. Тем не менее я чувствую смутное беспокойство от Гришиной
инициативы. Ведь условились мы не так.
В это время за дверью снова слышится какая-то возня, звякает замок, и
дверь открывается.
На пороге, в тусклом свете горящей в прихожей лампочки, я различаю
невысокую женскую фигуру в пальто, накинутом на плечи.
- Это вы меня звали? - доносится до меня возбужденный женский голос. -
Ну, и что вам надо? Вы скорее, там гости у меня.
- Федю мне надо. У вас он, говорят.
- У меня? Ха, ха, ха! Кто это вам сказал?
Но Гриша не успевает ответить. На крыльцо выскакивает какой-то высокий,