Аркадий Григорьевич Адамов. Петля -
85 >
оформляли машины, помните, девочки?
- А я еще одного сейчас вспомнила, - неожиданно говорит Наташа. - Такой
рекламный мальчик. В светлом французском костюме, очень модном. А галстук
итальянский, белый с синими звездами. Ужасно красивый. Как же его звали?..
Постепенно девушки вспоминают еще трех или четырех человек, по их
мнению ухаживавших за Верой. Меня этот список пока не очень пугает. Я
уверен, стоит только проверить, кто из этих людей появился три дня назад в
Москве, и от довольно длинного списка останутся рожки да ножки.
В разгар нашей дискуссии дверь неожиданно открывается, и на пороге
возникает массивная фигура Меншутина. Девушки сконфуженно умолкают. Но
Меншутин, узнав меня, улыбается и обеими руками делает успокаивающие
движения, как бы прижимая всех нас к своим стульям.
- Занимайтесь, занимайтесь, - говорит он покровительственным тоном и
несколько свысока, словно мы выполняем прямое его задание. - Не буду вас
отрывать и попрошу... - он строго оглядывает девушек, - отнестись к беседе с
товарищем со всей серьезностью. - После чего он оборачивается ко мне и уже
совсем другим тоном, почти дружески, спрашивает: - Вы потом заглянете ко
мне, надеюсь?
- Постараюсь вас не обременять, - улыбаюсь я. - Девушки, кажется, мне
во всем уже помогли.
- Нет, нет, прошу, - непререкаемым тоном возражает Меншутин. - Все
обсудим. Это вам пригодится. Так что жду, - твердо заключает он и уходит.
Девушки уже так освоились со мной, что не скрывают своего отношения к
начальству.
- Душечка Христофорыч, - насмешливо говорит ему вслед Нина. - Он всегда
неотразим.
- А экстерьер какой, - добавляет Наташа. - Смерть девкам.
Но амурные дела товарища Меншутина меня сейчас не занимают. Уж конечно
не из-за несчастной любви к нему покончила с собой Вера Топилина. И я
возвращаю моих собеседниц к прерванному разговору. Солидный список
"ухаживателей" меня, повторяю, не беспокоит. Беспокоит меня другое: все они,