Аркадий Григорьевич Адамов. Петля -
59 >
сестрой о домашних делах... А где, кстати, эта сестра живет, адрес есть?
- Подольск. Больше ничего не знаем. А главное, фамилия сестры
неизвестна. Она же теперь по мужу значится. Так что ее еще установить надо,
Нину эту.
- М-да... - задумчиво трет ладонью затылок Кузьмич. - А найти ее надо
непременно, учти.
- И еще одну Верину подругу надо искать, - говорю я. - Школьную. Зовут
Катя. И тоже больше пока ничего не известно. Ни фамилии, ни адреса. А
подруга закадычная, говорят. Она многое может знать. Даже того парня, я
думаю.
- Верно, верно, - соглашается Кузьмич. - Может знать. И вот еще что
возьми на заметку себе. Начальник-то ее сказал, что любили они с женой Веру
как дочь? Ну, допустим, дочь не дочь, но, возможно, супруга-то знала о Вере
побольше, чем он сам. Дело-то женское, тут и доверия больше, и любопытства.
Понял ты меня, а?
- Понял, Федор Кузьмич.
- Вот и действуй. Еще не поздно. Звони-ка ему на работу. И сегодня же
вечером с супругой повидайся. Быстро все надо делать, раз решено. Никогда не
откладывай на завтра, если можно успеть сегодня. За правило возьми.
У Кузьмича под внешней медлительностью и даже флегматичностью скрыт
необычайно реактивный характер, и когда эта пружина в нем вдруг
разворачивается, то угнаться за ним в решениях и действиях не сможет и
человек вдвое моложе его. Это мы уже давно знаем и ничему не удивляемся.
Прямо из кабинета Кузьмича я звоню на работу Меншутину. К счастью, он
еще не ушел.
- Какой может быть разговор! - восклицает он, когда я излагаю ему свою
просьбу. - Милости просим.
Меншутин охотно диктует мне свой адрес и, на всякий случай, сообщает
номер домашнего телефона. Все это он делает с энтузиазмом. Он горит желанием
нам помочь.
Тем временем по другому телефону Кузьмич вызывает к себе Петю Шухмина.
Я кончаю говорить с Меншутиным как раз в тот момент, когда в кабинет
заходит Петя.
В это время Гриша Волович кончает писать ориентировку и показывает ее