Аркадий Григорьевич Адамов. Петля -
43 >
стремительностью.
В комнате шумно, и вполне естественно, что мой деликатный стук никто не
расслышал. Здесь пять столов и пять девиц, одна красивее другой. При моем
появлении пять пар подведенных, лукавых и любопытных глаз устремляются на
меня. При этом девушки так приветливо улыбаются, что всякая скованность тут
же покидает меня. Я улыбаюсь им в ответ и говорю:
- К вам просто опасно заходить.
- Вам не опасно, - смеется самая бойкая из девушек. - Вы такой длинный.
- Именно, - подхватываю я. - Поэтому мне виднее, чем другим, какие тут
сосредоточены опасности. Особенно для холостого человека.
- Женатые иногда тоже пугаются, - весело объявляет все та же девушка и
добавляет: - Но вам все это не грозит. Вы же из милиции, правда? И вам нужна
Люба?
- Все верно. Удивительно только, как вы догадались.
- Ничего удивительного. К нам такие высокие молодые люди еще не
приходили. И из милиции никогда не приходили. Вот мы и сопоставили. А Люба
вот. Ждет вас.
И девушка указывает на свою соседку.
Люба, пожалуй, выглядит скромнее всех в этой девичьей комнате. А может
быть, на нее так действует мой визит. Это очень тоненькая, узколицая девушка
с длинными льняными волосами, которые падают ей на плечи; брови, как и
ресницы, сильно подкрашены, щеки, по-моему, тоже, уж очень они румяные. На
Любе голубенькая кофточка с длинными, широкими рукавами и тонкая ниточка
блестящих бус, наверное, из чешского стекла. Большие Любины глаза смотрят на
меня с любопытством и легким испугом.
- Неужели вы по поводу сапожек? - неожиданно спрашивает все та же
бойкая девушка.
- Каких сапожек?..
- Сапог-чулок, которые мы с Любой вчера купили, на полуплатформе, - не
скрывая беспокойства, объясняет девушка. - Ну что тут такого? Мы ведь просто
обегались, пока достали. Один музыкант привез из Испании. Конечно, жутко
дорого. Чуть не месячная зарплата.
- И никакого мужа, - насмешливо вставляет кто-то из девушек. - Только
