Аркадий Григорьевич Адамов. Петля -
24 >
молодой женщины, и сообщили ее приметы. Ответа на наш запрос еще нет. Но я
знаю, сотни людей взяли на заметку нашу просьбу, они вспоминают,
просматривают папки с бумагами, расспрашивают окружающих. Это же не шутка:
пропал человек! Это же неминуемо кого-то уже встревожило или вот-вот
встревожит и он поднимет тревогу. В этом случае человек обратится за помощью
к нам. К кому же еще? И вот тут-то сотрудник милиции должен вспомнить наш
запрос. Да, я знаю, сотни наших товарищей сейчас насторожились. А вдруг один
из них проявит недобросовестность или просто несобранность, рассеянность?
Всего лишь один! Этого может оказаться вполне достаточно, чтобы зачеркнуть
всю нашу работу. Но об этом лучше не думать.
Итак, второе - это запросы. Что еще мы можем сделать, чтобы установить
личность погибшей девушки? Больше ничего. Остается только ждать. И это самое
неприятное и самое трудное. А главное, ведь это ожидание может длиться до
бесконечности. Мало ли какие причины могут помешать близким немедленно
поднять тревогу. Если это приезжая, то родственники могут неделю, а то и
больше ждать от нее писем из Москвы. А в самой Москве она могла остановиться
в квартире друзей, которые уехали из города. Да я могу представить себе
десятки подобных обстоятельств. А ведь с каждым днем исчезают какие-то
следы, улики, стираются в памяти людей факты и события - все то, что должно
повести нас дальше, к раскрытию причин происшедшего и, если придется, к
задержанию преступника. И если последний существует, если девушка все-таки
убита, сколько же у него появляется возможностей скрыться, пока мы ждем
чьего-то сигнала. Исчезновение сумочки, где, возможно, лежали какие-то
документы, в этом случае может быть отнюдь не случайным.
Дойдя в своих размышлениях до этого пункта, я решительно поднимаюсь и
хватаю с дивана свое пальто. Надо ехать снова на ту стройку, надо еще раз
обшарить всю площадку и котлован, а главное, надо потолковать с рабочими,